Владимир Кнари

Наша жизнь - это...

 

    Ветер, дувший сзади и чуть сбоку, постоянно кидал длинные волосы ему в глаза. Цветы выпали из рук...

    - Итак, остался последний танец из программы латиноамериканских танцев. Он называется "румба".
    "Кубинский танец, движения которого были стандартизованы англичанами", - вспомнил Алексей фразу из какого-то старого учебника. - "Танец любви и чувств. Скорее, интимное действо, чем просто танец..."
    - На паркет вызываются пары с номерами 2, 13, 43, 46 и 51. - Голос ведущей, усиленный микрофоном, прогреммел под сводами громадного танцевального зала. - Кто-то из них сегодня станет чемпионом, - добавила она и чуть заметно кивнула звукооператору. В зале зазвучала нежная, чарующая мелодия.
    "Вот ведь, это же моя любимая - "Speak Softly Love", - подумал Алексей. Сразу же вспомнился старый мультфильм про инопланетянина и художника, обнявшись напевающих ее... Он улыбнулся Ане, взял ее под руку и вывел на паркет. "Ну что ж, пусть тринадцатый номер станет сегодня счастливым", - тихо произнес он, приготовившись танцевать.
    Еще минуту назад, когда они стояли за колоннами, нервы были на пределе. Казалось, все тело обливается холодным потом. Когда называли пары, прошедшие в финал, Аня от волнения даже до крови прикусила губу, так что срочно пришлось искать, чем ее вытереть. Хорошо, что он вспомнил про носовой платок, который мама заставила его положить в карман. Но сейчас, когда они начали танцевать, страх куда-то ушел, осталась только музыка, которая медленно вливалась в их души, наполняла их теплом, нежно покалывала каждую частичку кожи... И вот они уже живут только друг другом, для них больше не существует конкурса, нет вокруг целой толпы зрителей, нет "своих" ребят-танцоров, которые по-детски сейчас за них переживают там, за колоннами. Есть только он, Алексей, и Аня.
    Каждое ее движение вызывало у Алексея бурю эмоций, он старался выразить это в своих. Он был одновременно олицетворением как мужества, так и нежности, которая так несвойственна, по слухам, мужчинам. Аня же казалась воплощением женской красоты и грациозности.
    Музыка смолкла, а они еще долго так и стояли, глядя в глаза друг другу. Но, сбросив оцепенение, они поклонились и стали с остальными парами возле колонн.
    - Что ж, теперь наше жюри подведет итоги, и буквально через несколько минут вы узнаете их. А пока посмотрите небольшой танец-шутку в исполнении юных танцоров из студии "Крыжачок".
    Алексей взял миниатюрные ладошки Ани в свою руку, а второй нежно обхватил ее за талию и прижал к себе. Он почувствовал, что по ее телу постоянно пробегает мелкая дрожь. Аня безотрывно смотрела в сторону судей, которые сейчас решали их судьбу. Пусть они всего лишь любители, пусть им говорят, что это всего лишь танцы, и не стоит так переживать по пустякам - так говорят лишь те, кто сам никогда не танцевал.
    Когда главный судья взял в руки микрофон, Аня вся как-то напряглась и даже вытянулась, поднявшись на цыпочки. Даже Алексей, который до сих пор старался не проявлять своего волнения, почувствовал, как все замерло внутри в ожидании слов признания или же приговора.
    Невысокий седой мужчина прокашлялся в сторону и сказал неожиданно низким голосом:
    - Сегодня был прекрасный вечер. Я рад, что так много молодых ребят и девушек приходят заниматься бальными танцами. Но еще больше меня радуют их успехи. И хоть профессионалы танцуют более "правильно", мне кажется, что из-за этого они теряют что-то сокровенное, что продолжает жить в вас. Ваши танцы дарят нам чувства. Сегодня я вновь почувствовал себя молодым, вспомнил, как когда-то впервые вышел на паркет... как переживал... И поэтому я не буду больше терзать вас.
    Пары 2 и 43 - благодарю вас, ребята, за прекрасные танцы. - Алексей, стоявший как раз напротив этих двух пар, заметил, что партнеры синхронно, будто по команде, сильнее сжали ладошки своих партнерш: первыми всегда называют проигравших. Председатель жюри, похоже, тоже заметил это. - Пара 2 прекрасно оттанцевала "ча-ча-ча", а глядя на партнера из пары 43, танцующего пасодобль, я ясно видел тореро, глядящего в глаза разъяренному быку. Спасибо вам еще раз. - Он слегка поклонился. - Надеюсь, что вы не очень расстроитесь, у вас все еще впереди. Вы награждаетесь дипломами финалистов нашего конкурса и памятными призами.
    Две пары покинули паркет.
    - Третье место сегодня заняла пара... - судья сделал маленькую паузу, то ли сверяясь с написанным, то ли специально накаляя обстановку. Аня практически окаменела в руках Алексея. - Пара номер 46.
    - Второе место... - в бланке явно было написано что-то непонятное, и судья повернулся к остальным членам жюри. В этот момент Аня выдернула свои руки и закрыла лицо. - Ага... Второе место сегодня занимает пара номер 13.
    Аня резко повернулась к Алексею и уткнулась лицом в его грудь. Он ласково взял ее за плечи, прошептал: "Ну, пошли", - и, поклонившись зрителям, они подошли к главному судье.
    Зайдя за колонны, Аня сразу бросилась к выходу из зала. Алексей кинулся за ней. Выскочив, она грохнулась в кресло в коридоре и закрыла лицо руками.
    Алексей увидел, как сквозь пальцы начали просачиваться слезы. Он прижал Аню к себе. Она в ответ обняла его и прижалась мокрой щекой к его, гладко выбритой по поводу конкурса.
    - Ну, тише... - проговорил он. - Ведь мы же взяли второе место. Второе место на конкурсе, я и представить такого не мог. А первое возьмем в следующий раз, - улыбнулся он и взлохматил Ане волосы.
    Аня легонько оттолкнула его: - Глупенький... - На ее лице сияла улыбка, тушь, явно более дешевая, чем та, что рекламируют по телевизору, размазалась из-за слез по всему лицу. Да и губа опять начала кровоточить. - Глупенький, я же от радости...

    - Слушай, Лешка, едем ко мне. Я тебя чаем с пирогом угощу. Вчера у отца день рождения был, у нас столько вкуснотищи осталось!
    - Да ведь поздно уже, - замялся Алексей. Поехать он желал всем сердцем, но немного побаивался Аниной мамы, которая, по рассказам, была очень строгой женщиной.
    - Ну и что? У меня родители вообще сегодня к папиным родственникам укатили в деревню. А брат пошел к своему "лучшему другану" на компьютере играться. Раз родителей нет, то раньше завтрашнего вечера его можно и не ждать.
    Облегченно вздохнув, Лешка дал себя уговорить.

    Пирога вкуснее Алексей еще не пробовал. Или ему так казалось. Особенно после того, как Аня сообщила, что сделала его собственноручно. И так радостный день завершался еще более прекрасным вечером.
    Они долго сидели на кухне, пили чай и разговаривали, разговаривали, разговаривали...
    А потом Аня предложила: "А пойдем, потанцуем. У меня, кстати, есть эта твоя любимая мелодия". И опять они были лишь вдвоем, только теперь по-настоящему, опять их взгляды тонули в зрачках друг друга. А на последних нотах Аня быстро, как будто боясь чего-то, обняла Алексея и чмокнула в щеку. Лешка чуть не упал от неожиданности. Музыка закончилась, а он все еще держал Аню. Они, не мигая, смотрели друг на друга. Постепенно они приблизились настолько, что ткнулись носами. И после этого последовал настоящий, жаркий поцелуй, который может быть только между любящими людьми...

    Утром, стоя на площадке перед Аниной квартирой, Алексей обнял ее, поцеловал на прощание и спросил:
    - Вечером придешь на танцы?
    - Конечно, ведь нам есть еще куда стремиться, - на ее лице появилась лукавая улыбка.
    Алексей улыбнулся в ответ, повернулся и зашел в лифт.
    - Ну, тогда до вечера.
    Он махнул рукой и нажал кнопку первого этажа.

    Вечером она не пришла. Он прождал до конца занятия. Телефона у Ани не было, а ехать к ней домой так поздно вечером не решился. Но на следующий день не удержался, купил роз и поехал.
    Приехал он как раз вовремя: оркестр только начал играть свою пошлую заунывную мелодию, на пороге ее подъезда показались люди, несущие гроб. Ее гроб.
    Во дворе собралась огромная толпа. Бабки, знавшие, как всегда, больше всех остальных, шушукались между собой:
    - Вот ведь как бывает... Грят, пошла вечером на танцы, а по дороге какая-т шпана пьяная прицепилась. Грят, попыталась убежать, а те догнали, повалили на землю и ногами, ногами ее... Во какое время-т... Да и то, какие танцы вечером? Ентой молодежи все бы по танцулькам, да по танцулькам...
    Алексей рукой сломал одну розу, не замечая, как шипы входят в пальцы и ладонь, а затем отбросил обломки подальше.
    Когда он садился в автобус, мужчина, сидевший рядом с гробом, посмотрел на него с некоторым недоумением, а затем опять повернулся к дочери.

    Ветер трепал его волосы. Даже родственники давно уже уехали, а он все стоял над свежей могилой. А в ушах звучала мелодия, теперь уже их мелодия... Он все еще отчетливо видел ее смеющиеся черные глаза с зелеными прожилками... Цветы выпали из его рук...

    Игрок стащил с головы шлем и откинулся в кресле. Привычным движением он отбросил с лица прядь волос. Опять проигрыш. В левой нижней части экрана мерцала надпись: "Жизнь: 0%". Ее жизнь, а не его. Игрок со злостью стукнул по клавише "Esc", на экране появилась заставка - отпечаток женской помады, из которого торчат две розы. Черная и красная. "Черная роза - эмблема печали, красная роза - эмблема любви".
    Экран потемнел, а затем на нем зажглась единственная надпись: "Наша жизнь - это ничто без жизни наших любимых". Надпись потускнела, оставив на экране лишь одно слово - "жизнь".
    - Врешь! - крикнул Игрок, - я все-таки пройду тебя! - ударил по клавише "Enter" и натянул на голову шлем.

    ...Хлопок ниже спины, а затем крик.
    - Крик новой жизни, - весело сказал добродушный врач. - Смотрите, мамаша, какого богатыря родили. Как звать-то его будут, а?
    Мать, сама еле живая, со слезами на глазах чуть слышно произнесла:
    - Алешей...

© Владимир Кнари
Минск


Предыдущий ] [ Следующий ] [ Сборник "Наша жизнь?" ] [ Тенета-Ринет'2000 ] [ Страница автора ] [ Дневник ]

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Спонсирование и хостинг проекта осуществляет компания "Зенон Н.С.П.".